Принятие нового Закона об иностранных решениях частично решает ряд проблем, тем не менее, надлежащий уровень урегулирования этих моментов еще не достигнут. До недавнего времени в украинском законодательстве не был определен порядок обращения с ходатайством о признании и выполнении иностранного решения на территории Украины. Основными актами, которые касались указанной проблемы, были разъяснения высшего судебного органа и союзный документ.

Сегодня основные идеи, заложенные в этих документах и проверенные годами, перевоплотились в другую, более приемлемую форму - Закон Украины. Рядом с надлежащим оформлением старых достояний, основная роль Закона об иностранных решениях состоит в урегулировании порядка представления ходатайства, если иностранное решение вынесено в стране, с которой нет соответствующего договора о предоставлении правовой помощи.

К принятию Закона об иностранных решениях, если с той или другой страной не был заключен соответствующий договор с описанием соответствующего порядка, то для отношений с этой страной его просто не существовало бы вообще. Теперь ситуация изменилась в лучшую сторону. Законом введен «запасной» вариант на случай, если в международном договоре о порядке ничего не сказано, или если такого договора не существует вообще.

Ненормальность одинакового подхода к судебным и к арбитражным решениям.

Тем не менее, нельзя не указать на ненормальность такой ситуации, когда одни и те же нормы регулируют и судебные, и арбитражные решения. В частности, это касается вопросов оснований отказа в признании и выдаче разрешения на выполнение. Так, поставив на одну ступень иностранные судебные и арбитражные решения, этот прогрессивный Закон пошел вопреки сложившейся мировой практике.

Существующие мировые подходы и тенденции в этой сфере

В 1968 г. страны-члены ЕС подписывают Брюссельскую конвенцию. В 1988 г. фактически по тем же вопросам с государствами-членами Европейской Ассоциации свободной торговли подписывается Луганская Конвенция. Параллельно по соответствующим вопросам проходит работа Гаагской конференции, результатом чего в 1971 г. становится подписание Гаагской Конвенции. Но сферы их применения четко отмежеваны от сферы применения Нью-йоркской Конвенции, которая касается решений арбитражей.

Дальнейшее развитие сотрудничества держав относительно гармонизации международных и частных процессов продолжается, как в границах правотворчества учреждений ЕС, так и в границах работы Гаагской конференции. Особую актуальность приобрел вопрос участия Украины в разработке новой Гаагской конвенции «О юрисдикции и о признании и выполнении решений иностранных судов в гражданских и коммерческих сделках» (далее - «Новая Гаагская Конвенция»). Участие украинской делегации в работе Международной дипломатической конференции по этому вопросу, первая часть которого прошла в Гааге в июне 2001 г., говорит про «намек на прогрессивные тенденции» развития украинского законодательства.
Для Украины участие в разработке Новой Гаагской Конвенции - это первая попытка стать участницей так называемой «двухступенчатой» конвенции, которая, в отличие от «одноступенчатых», согласовывает между собою вопрос компетенции суда относительно рассмотрения дела с иностранным элементом и вопрос признания и выполнения решений иностранного суда.

Благодаря такому подходу обеспечивается избежание так называемых «разночтений». Несовершенство Закона об. иностранных решениях и практических последствиях Аналогично и в украинском законодательстве не может пересекаться сфера применения Законов об иностранных решениях с Законом о международном коммерческом арбитраже. И поскольку последним Законом уже урегулирован порядок признания и выполнения в Украине решений международных коммерческих арбитражей, первый - не должен регулировать эту сферу. Более того, подход Закона о международном коммерческом арбитраже полностью совпадает с подходом Нью-йоркской Конвенции. Можно сказать, что именно этим законом была имплементирована Нью-йоркская Конвенция в украинское законодательство.

Иначе, исходя из принципа «lex pos-terioris derogat legi priori», Закон об иностранных решениях фактически выделяет соответствующие положения Закона о международном коммерческом арбитраже, ведь первый закон -более поздний. А применить в данном случае принцип «lex specialis derogat legi general!» будет проблематично.